- Прошу вас, - официант поставил на стол поднос с двумя чашками кофе и двумя маленькими, грамм по пятьдесят, бутылочками коньяка. - У нас сегодня немного прохладно, может быть, это окажется и кстати.

- Окажется, - кивнул Пафнутьев, и официант удалился с таким гордым видом, будто исполнил опасный номер. С некоторых пор Анцыферов хорошо знал, что вручить даже такую невинную взятку, как сто граммов коньяка, действительно опасно. Но знал он и то, что Пафнутьев мелочиться не станет.

Увидев в глубине зала Анцыферова, наблюдавшего за ними с напряженным вниманием, Пафнутьев встал и церемонно поклонился. Благодарю, дескать, премного доволен. И Анцыферов склонился в поклоне, прижав руку к груди. Открыв микроскопическую бутылочку, Пафнутьев вылил коньяк в кофе, бутылочку спрятал в карман.

- Следы преступления надо уничтожать, - пояснил он Шаланде, который никак не мог решить, что ему делать со своим коньяком. Поколебавшись, он последовал примеру Пафнутьева и так же, как и тот, сунул бутылку в карман. Заметив на столе оставшиеся алюминиевые пробки, он их тоже сунул в карман. Теперь уже никто не мог заподозрить его в противоправных действиях.

- Представляешь, до сих пор не могу избавиться от ощущения, что он прокурор города, - проговорил Шаланда с виноватой улыбкой.

- Это пройдет, - невозмутимо ответил Пафнутьев.

- Значит, так, - выпив кофе двумя глотками и отставив чашку, Шаланда приступил к делу. - Полчаса назад... Подкатывает к ресторану на мотоцикле...

- Один?

- Да, свидетели говорят, что он был один. Одежда обычная - черная куртка, шлем, очки... Достает автомат, короткий какой-то... Вроде Калашников, но укороченный...

- Знаю, - кивнул Пафнутьев.