За черным столом сидел Анцыферов. Лицо его было скорбным, но приветливым. Всем своим видом он выражал готовность помочь правосудию всеми своими силами и возможностями.

- Садись, Паша, - сказал он, показывая на черный стул с никелированными подлокотниками. - Выпить хочешь?

- Если спрашиваешь, то нет.

- Виноват... Сейчас дам команду.

- Не надо, Леонард. У нас еще будет повод... Похоже, мы с тобой надолго породнились.

- Не понял? - Анцыферов вскинул брови так высоко, что даже рот его приоткрылся и выражение лица получилось изумленно-радостным, будто для него и в самом деле было большим счастьем видеться с Пафнутьевым ежедневно.

Пафнутьев сел в кресло, которое могло поворачиваться на мощной металлической штанге. И он, конечно же, не упустил такой возможности повернулся вместе с креслом вокруг оси, внимательно осмотрев весь кабинет.

- А здесь не хуже, - наконец сказал он.

- Я тоже так думаю, - холодновато ответил Анцыферов - он не любил, когда ему напоминали о прежней деятельности. То ли считал, что много потерял, то ли был уверен в обратном - многовато приобрел, оказавшись во главе преуспевающего предприятия. - Слушаю тебя, Паша.

Пафнутьев сделал еще один оборот, задержался взглядом на мелькающих экранах, получив полное представление о том, что делается на улице, в ресторане, на кухне...

- Дорого обошлось? - спросил он, кивнув на экраны.

- Спонсоры помогли.

- А что, они еще живы?

- Мои живы, Паша, - улыбнулся Пафнутьев.

- Я не имел в виду твоих или чужих... Я хотел спросить... Разве еще существуют на белом свете спонсоры, меценаты, благодетели?